ДЕНИС МАЦУЕВ: «ЗНАЮ НАИЗУСТЬ ВСЕХ ОЛИМПИЙСКИХ ЧЕМПИОНОВ И ПРИЗЁРОВ В ФИГУРНОМ КАТАНИИ»

Он даёт по 200 с лишним концертов в год, являясь одним из самых востребованных и успешных пианистов в мире. При этом вершиной своей творческой карьеры сегодняшний герой рубрики «Пятиколечные звезды» считает выступление на церемонии закрытия XXII зимних Олимпийских игр в Сочи. Служба информации ОКР предлагает вашему вниманию олимпийские истории от Народного артиста РФ Дениса Мацуева.

АТЛАНТА

Впервые я попал на Олимпийские игры в 1996 году. Благотворительный фонд «Новые имена» во главе с удивительной женщиной Иветтой Вороновой совместно с Олимпийским комитетом России и компанией Coca-Cola организовал  тогда в Атланте гастроли молодых российских музыкантов. В свободное от концертов время мы ходили на все соревнования, общались со спортсменами в «Русском доме». Там же и выступали. У меня, как сейчас помню, были джазовые обработки на тему олимпийского гимна.

Чтобы вы поняли, что такое «Новые имена», расскажу одну историю. Однажды наш коллектив выступал в штаб-квартире НАТО в Брюсселе. В зале не было ни одного свободного места, а на сцене нас поздравлял лично генсек Северо-Атлантического союза Манфред Вёрнер. На следующий день бельгийские газеты вышли с заголовками: «Русские завоевали НАТО». На что Манфред Вёрнер с присущим далеко не всем военным чувством юмора заметил: «Против такого захвата мы не возражаем».  

За первые 4 года «Новые имена» объездили 50 стран. Мы были лицом России первой половины 90-х, островком надежды в то сложное время. Приобретение музыкальных инструментов, стипендии юным талантам, стажировки в разных точках земного шара – это лишь малая толика того, что делал и продолжает делать благотворительный фонд «Новые имена». Правда, увы, уже без своего основателя. Иветта Николаевна Воронова умерла два года назад.

Из олимпийских событий почти 20-летней давности запомнилось многое. В общей сложности четыре победы Александра Попова и Дениса Панкратова в плавании, третье золото Сан Саныча Карелина в греко-римской борьбе. В спортивной гимнастике на тех Играх зажглись звезды Светланы Хоркиной и Алексея Немова. Ну а как футбольный болельщик я, конечно же, был восхищен  сборной Нигерии, обыгравшей в финале аргентинцев с Дзанетти, Креспо и Ортегой в составе. Кто мог подумать, что Африка способна выиграть олимпийское «золото» в футболе?! А ведь в полуфинале нигерийцы еще и Бразилию прошли, уступая по ходу матча  - 1:3.

Но все же главным для меня потрясением в Атланте стало выступление Майкла Джонсона в беге на 200 и 400 метров. Я сидел прямо напротив финиша (спасибо, кстати, ОКР за билеты!) и видел, как этот гений легкой атлетики играючи расправлялся с конкурентами. С тех пор Джонсон  для меня стоит в одном ряду с Уйэном Грецки и Майклом Джорданом.

САМАРАНЧ

Моя поездка в олимпийскую Атланту стала возможной, в том числе благодаря дружбе тогдашнего президента Международного олимпийского Комитета Хуана-Антонио Самаранча и президента ОКР, члена МОК от России Виталия Смирнова. Оба - образованнейшие люди, они сделали очень многое для того, чтобы после развала СССР Россия сохранила свои ведущие позиции в олимпийском движении.

С Виталием Георгиевичем  мы виделись совсем недавно в Москве, на юбилейных торжествах по случаю его 80-летия.

С Самаранчем, которого, к сожалению, уже нет в живых, я встречался несколько раз – и на концертах фонда «Новые имена», и позже, когда уже начал сольную карьеру. Испанец по национальности, он очень любил русскую классическую музыку и вообще все, что связано с нашей культурой. Это одна из причин, почему с ним было так интересно общаться. А другая  - его человеческие качества. Президент МОК всегда легко шел на контакт, с ним можно было поговорить как с обычным человеком - на любые темы.

Давно вывел для себя такую формулу: чем талантливее человек, тем он проще в жизни. Пример Самаранча лишний раз доказывает, что моя формула верна.

СОЧИ

Концертный номер во время церемонии закрытия Олимпийских игр в Сочи – это, без сомнения, самый необычный эпизод в моей фортепианной биографии.  Мне доводилось выступать перед аудиторией в 150 и даже в 200 тысяч человек. Но когда на тебя смотрят несколько миллиардов – это непередаваемые ощущения.

Из нескольких вариантов выступления на стадионе «Фишт» меня сразу привлек номер с 62-мя роялями, в окружении которых я должен был исполнить что-то очень популярное из классической музыки. Кстати, по моей просьбе, из Москвы в Сочи доставили рояль «Ямаха», на котором я в 1998 году выиграл Международный конкурс имени Чайковского. С тех пор он мне приносит удачу.

Долго думать над репертуаром не пришлось. Есть два фортепианных шедевра, с которыми во всем мире ассоциируется Россия: это Первый концерт Чайковского и Второй концерт Рахманинова. Последний в данном случае лучше подходил к декорациям, и я выбрал Рахманинова. А Чайковский прозвучал уже во время олимпийского салюта…

Вообще это было так правильно, что вся церемония закрытия Игр проходила через призму русской культуры. Мы ненавязчиво напомнили миру, что у нас есть кое-что еще, помимо военной мощи и природных недр. Мои горячие поздравления продюсеру Константину Эрнсту и режиссеру Даниэле Финци Паска. Это было красиво, талантливо, грандиозно!

УРГАНТ

Во время сочинских Игр мы с друзьями каждый вечер встречались в ресторане «Чайка», чтобы подвести итоги очередного дня. Из-за большого количества событий обсуждение, как правило, затягивалось до глубокой ночи. Подумать только -  благодаря медалям Саши Смышляева и Саши Третьякова я стал крупным специалистом в могуле и скелетоне! Что уж там говорить про сноуборд имени Вика Уайлда и Алёны Заварзиной.

Недалеко  располагалась студия Первого канала, где Ваня Ургант записывал свою знаменитую ночную программу. Мне запомнилось, как после победы Уайлда он обратился к публике со словами «Привет, сноубордная держава!». А в этот день наши хоккеисты проиграли финнам…

Среди гостей «Вечернего Урганта» вместе со мной была Татьяна Анатольевна Тарасова. Когда я сказал, что помню фамилии всех олимпийских чемпионов и призеров в фигурном катании, она не поверила и тут же устроила мне экзамен. К ее огромному удивлению, я ответил правильно абсолютно на все вопросы! Не потому что шибко умный, просто у меня хорошая память. А фигурное катание, как и хоккей, я полюбил еще мальчишкой, благодаря своим бабушкам.

А потом за меня взялся уже Ургант. Он предложил придумать музыкальное сопровождение к отдельным соревнованиям. Это была двухминутка чистой импровизации за роялем. Когда показывали шорт-трек, я исполнил фрагмент из мультфильма «Ну, погоди!». В кёрлинг у меня играли под «Полёт шмеля» Римского-Корсакова. Могул  с его кочками – это вылитая «Венгерская рапсодия» Листа. К лыжным гонкам неплохо подошла многолетняя заставка к программе «Время», а прыжки с трамплина заканчивались под We are the champions Фредди Меркьюри. В принципе, я никогда не говорю о своей игре в превосходных тонах, но это был тот случай, когда, считаю,  действительно получилось очень удачно.

БЕЛОУСОВА И ПРОТОПОПОВ

Игры в Сочи подарили мне множество незабываемых встреч. Там я  познакомился с кумирами своего детства, двукратными олимпийскими чемпионами в фигурном катании Людмилой Белоусовой и Олегом Протопоповым. Удивительно скромные, интеллигентные люди! Оба прекрасно разбираются в классической музыке, ценят джаз. Олег Алексеевич рассказывал, как в молодости они сами ставили себе программы, шили костюмы. Я слушал его и не мог поверить, что все происходящее - это не сон.

К сожалению, наши выдающиеся спортсмены сейчас живут в очень плохих условиях. От той же Татьяны Тарасовой узнал, что Олег Протопопов серьезно болен, а на лечение за границей нужны немалые средства. Считаю, что государство обязано помочь этим великим людям, которые, не жалея здоровья, добывали для страны олимпийские медали, поднимали авторитет отечественного фигурного катания.

Если же говорить о героях Сочи, для меня это, прежде всего, Евгений Плющенко и Юля Липницкая. Что бы ни писали про травму Жени, он – двукратный олимпийский чемпион. И неизвестно была бы у нас золотая медаль в командном турнире фигуристов, если бы на месте Плющенко оказался другой спортсмен. Так что, господа, не надо грязи!

Ту же Юлю Липницкую сейчас критикуют все, кому не лень. Ребята, вы забываете, сколько ей лет и чего она в своей жизни уже добилась! У меня от ее катания всегда мурашки по телу. Юля – самый настоящий самородок, наша звёздочка, которая будет долго нас радовать, если, конечно, к ней бережно относиться.  

Еще я безумно рад за Сашу Зубкова. Мы почти земляки. Он из Братска, я из Иркутска. Но дело не в этом. Не секрет, что у Зубкова были непростые отношения с Алексеем Воеводой. Но ради олимпийской мечты ребята забыли про взаимные обиды, объединились и выиграли для страны два «золота» в бобслее. Чем не сюжет для книги или фильма?!

Кстати, такое единение в Сочи было не только среди наших спортсменов, но и на трибунах. Причем наши болельщики поддерживали абсолютно всех участников – даже прямых конкурентов россиян! Такого я не видел больше ни на одних Олимпийских играх.

Единственное разочарование, которое испытал за две недели в Сочи, было связано с хоккеем. Отлично помню свои ощущения на последних секундах четвертьфинала против финнов. Когда ты понимаешь, что матч не спасти и хоккейное золото, которого у нас не было с 1992 года, снова уплывает в чужие руки, это ужасный момент.  Пережить его  и смириться – очень тяжело.

ОЛИМПИЙСКИЙ ФАКЕЛ

Впрочем, не будем о грустном.

Могу рассказать о своем участии в эстафете олимпийского огня в Иркутске, в ноябре 2013 года. Так получилось, что мой этап проходил рядом с домом, где я вырос и жил до 16 лет. Кстати, в квартире полностью сохранился  дух того времени. Все вещи и мебель на тех же местах, что и 25 лет назад.  Это же так классно!

Потом я бежал через площадь Кирова, по которой когда-то каждый день в 7:45 шёл в школу. Держа в руках олимпийский факел, чувствовал гордость от того, что мне доверили эту почётную миссию. Да ещё в родном городе.

А мой факел, что символично, так и остался в Иркутске. Сейчас олимпийская реликвия украшает местный Дом музыки.

ФУТБОЛ

Фигурное катание и особенно хоккей, как вы теперь знаете, всегда значили для меня очень многое. Но все-таки моей главной страстью в спорте был и остается футбол.

Я и пианистом-то стал, можно сказать, случайно. Когда в иркутской филармонии проходило прослушивание, у меня по расписанию был футбольный матч. Но папа убедил, что надо успеть на оба мероприятия.

В тот день весь взмыленный я примчался в филармонию, сел за рояль и сыграл Прелюдию Рахманинова и джазовые импровизации. После выступления ко мне подошла директор фонда «Новые имена» Иветта Николаевна Воронова и пригласила в Москву. «Большое спасибо, - говорю, - но мне пора». И убежал обратно на футбольное поле. Тот матч моя команда выиграла, а я забил решающий мяч.

К сожалению, плотный график гастролей (в этом году у меня запланировано 224 концерта по всему миру – от США до Японии) сейчас не позволяет в полной мере раскрыться моему футбольному таланту. Но раз в год в Иркутске в рамках музыкального фестиваля «Звёзды на Байкале» всегда проходит товарищеский матч с участием музыкантов, артистов и бывших футболистов. Игра с такими мастерами как Рамиз Мамедов, Вагиз Хидиятуллин  и Валерий Кечинов – это особый драйв. С ними весело!

Жаль только, что многие ветераны живут, мягко говоря, небогато. Сердце разрывается, когда узнаешь, что у кого-то из великих в прошлом советских футболистов мизерная пенсия, а кто-то вообще спился и умер. Но это тема для отдельного разговора...

А если свернуть на олимпийский футбол, страшно жалею, что меня не было на Играх 1988 года в Сеуле. Финал СССР – Бразилия пересматривал много раз и помню всё. Но главное – до сих пор в ушах крик Владимира Никитовича Маслаченко: «Юра, забивай, я тебя умоляю!», адресованный Юрию Савичеву.

РИО-ДЕ-ЖАНЕЙРО

Напоследок открою маленький секрет – в следующем году я запланировал гастроли в Бразилии как раз в те сроки, когда там пройдут Олимпийские летние игры. Естественно, это было сделано специально.

В Рио-де-Жанейро, если честно, бывал много раз. Собирался поехать и на чемпионат мира по футболу, но перед самым вылетом заболел. Сначала расстроился, а потом, увидев по телевизору, как мы там сыграли, понял: всё что ни делается – к лучшему.

Признаться, очень люблю бразильцев за позитивное отношение к жизни. Я сам веселый человек  и меня тянет к таким же людям. У бразильцев может не быть денег, но они все равно танцуют самбу, играют в футбол и пьют кайпиринью. Их жизненное кредо можно сформулировать так: если человек смеётся, значит, у него всё хорошо.

Я с этим полностью согласен. Поэтому до встречи в Рио в следующем году!

Юрий Бутнев, Служба информации ОКР 

14 апреля  2015