КОНСТАНТИН ЭРНСТ: «ЕСТЬ ТАКАЯ РУССКАЯ ПЕСНЯ. «ПАРА ГНЕДЫХ» НАЗЫВАЕТСЯ»

Церемонии открытия и закрытия Олимпийских зимних Игр в Сочи запомнились абсолютно всем, кто их видел. Мнение было единым, как в России, так и в мире, даже среди самых негативно настроенных скептиков: «Грандиозно»! Церемонии готовили долго и тщательно. Работала талантливая команда лучших специалистов. Руководил процессом и принимал все ключевые решения – единственный человек, вложивший в первый и заключительный аккорды сочинских Олимпийских игр без преувеличения часть своей жизни. Это говорят те, кто был тогда рядом с ним. Генеральный директор ОАО «Первый канал» Константин Эрнст. 6 февраля у Константина Львовича -  день рождения. Вместе с поздравлениями, Служба информации ОКР обратилась с просьбой о небольшом интервью. В итоге состоялась беседа, которую мы предлагаем вашему вниманию без купюр. Из этой песни не выкинуть ни слова.  

КОЛЛЕКТИВ ЛЕЖАЛ ШТАБЕЛЯМИ 

Знаете, все Олимпийские игры, как правило, развиваются «по горизонтали». А мы придумали «вертикальные Игры».  Я очень счастлив сегодня, потому что судьба дала мне возможность принять в этом участие. Потому что на моём веку в качестве продюсера были Игры, ради которых мы все оставили кучу здоровья и нервов, но при этом очень красочно и ярко представили свою Родину, поделились любовью к ней со всем миром – вот это самое главное!

Большей аудитории, чем у Олимпийских игр, нет нигде. И наш коллектив просто штабелями лежал в офисах, потому что спать приходилось по 2 часа, многие даже не ездили в гостиницу. Люди здесь работали, как это ни пафосно прозвучит, не за деньги, а за идею. Это чистая правда. Тот случай, когда тебе оставили склад оружия, и нельзя сдаться, биться надо до последнего. Только через какое-то время, дни спустя, когда организм понял, что «война закончилась», случился «выхлоп» грандиозного масштаба. Нервные клетки, если и оставались таковые в живых, наверное, ликовали внутри каждого из нас. 

Когда одно из олимпийских колец не раскрылось (а впереди были десятки и сотни механизмов гораздо сложнее),  я снял с себя гарнитуру и практически всей верхней частью тела лёг на клавиатуру. 

 

Дело в том, что во время последней репетиции ребята-«риггеры» (специалисты, прошедшие курс обучения по укладке, обслуживанию и ремонту парашютной техники,  - прим. ред.) жестковато приземлили пятое кольцо, но просто побоялись мне об этом сказать. Я бы, конечно, заставил их его разобрать и собрать снова. Успели бы. Но напряжение у всех уже зашкаливало, и они решили, что ничего страшного не случится. Когда я буквально «упал» на клавиатуру, мне вдруг будто какой-то голос сказал: «Расслабься, больше ничего не сломается».

 

И дальше начались чудеса. Сработало абсолютно все, даже то, никак не получалось на репетициях. И слава Богу, что кольцо то не открылось.  Мы это еще обыграли потом на закрытии, и весь мир оценил этот ход. Умение иронизировать над собой очень ценно. Это менталитет, который спасает нас во всём.  

 «ПРОЩАЙТЕ, МОИ ЛЮБИМЫЕ!»

Для меня ключевой образ Игр в Сочи – это образ плачущей девочки, который cобрал на YouTube миллионы просмотров. Все же ведь запомнили эту малышку, рыдающую и невероятно искренне произносящую с дрожью в голосе «Прощайте, мои любимые!». Если ребёнок так это воспринял, значит не напрасно мы старались. Ведь работа телевидения – это работа по передаче эмоций и информации. Значит, нам удалось передать эти неподдельные эмоции своим соотечественникам. Такова была наша главная задача, и я горд, что мы с ней справились. 

 

Олимпийские игры – это «show-case» всей страны. Мне кажется, мы представили Россию сильной, молодой, технологичной, неординарной. От нас многие, знаю точно, ждали матрёшек, балалаек и медведей. Мы же показали всему миру настоящую, новую страну. То, какие мы на самом деле. 

Все сотрудники Первого канала, все спортсмены, все болельщики, смотревшие Олимпийские игры в любую свободную минуту, действительно составляли тот самый единый кулак, о котором вспоминают многие из тех, кто прошёл этот путь ровно год назад. Не зря у нас в стране есть поговорка: «Долго запрягаем, зато потом очень быстро едем». К моменту начала Игр концентрация у всех была просто запредельной. Поэтому, наверное, все получилось. Мы действительно были готовы на все 100 – это российская ментальность, черта национального характера, если угодно. 

Помню, как за 2 дня до открытия Игр на генеральную репетицию приехал представитель Международного олимпийского комитета, отвечающий за церемонию. Даже не дождавшись окончания генерального прогона, он подошел к нам и задал один короткий вопрос: «Как вы могли успеть это сделать? Как?». Ответили лаконично и просто: «Мы же обещали!». 

«ВОТ И ГОЛГОФА»

В момент, когда в центральной трансляционной аппаратной камеры засняли мой крик «Мы это сделали!», я отчетливо чувствовал - произошло нечто такое, что в малой степени зависело от моей воли. Вы просто не можете знать, сколько там было факторов, из-за которых церемонии открытия и закрытия могли не получиться… Страшно себе представить. Как говорил Марадона: «Это не я – это была рука Бога». Поэтому надеюсь, что я просто проассистировал тому, кто там, наверху.  

 1391827119_01.jpg

Если говорить о каком-то отдельном элементе церемонии открытия как о предмете особой гордости… Пожалуй,  отметил бы русскую тройку лошадей. Потому что сделать ее так, как мы задумали, было практически нереально. Ведь большая часть зрителей, находившихся на стадионе, до последнего думала, что это проекция. И те люди, которые приходят сейчас на ВДНХ, изумляются этим многоэтажным конструкциям.

Их делали в Швеции, на военных верфях, в единственном месте, пригодном для сборки. И мы, представители другого государства, не могли зайти на эту верфь, чтобы посмотреть, как обстоят дела с нашим детищем. Такой вот парадокс: верфь – военный объект Швеции, а кони – наши. 

Когда на генеральной репетиции вместо трёх коней у нас пошли только  два, один хитрый человек сказал присутствовавшим иностранцам: «Вы разве не знаете? Есть такая русская песня, «Пара гнедых» называется (смеётся). Ещё была заготовлена версия в случае вывода одного коня – «Орловский рысак», но её мы все же не рассматривали. 

 

Знаете, возвращаться сюда – лично для меня психологическое испытание. С олимпийским Сочи  связана такая степень морального и физического напряжения, что даже год спустя приехать вновь очень непросто. Сегодня, подлетая к городу, увидел крышу «Фишта» и сказал сидящему рядом коллеге: «Вот и голгофа» (смеётся). 

 «ОТЕЦ ОБМАНУЛ, НЕ ОСТАВИЛ СЕКРЕТ»

Я, как, наверное, абсолютное большинство россиян, ждал в первую очередь победы от хоккейной сборной. Но случилось как случилось. Это же спорт, в нём есть такая прекрасная непредсказуемость. Причины неудачи могут быть разными: глупость, лень, неправильная подготовка, да много факторов… Но Олимпийские игры – это такая жизнь, спрессованная в четырёхлетие, к которой спортсмены готовятся, чтобы, возможно, один раз оказаться лучшими во всём мире. 

С хоккеем не повезло. Зато как повезло со всем остальным! Давайте честно: 13 золотых медалей, 33 в сумме  и победа в общекомандном зачёте – ну мы же на это не рассчитывали! Мы мечтали попасть в тройку, и это тоже казалось всего год назад чем-то неимоверным. Особенно после Ванкувера. А когда и открытие удалось, и вся команда блистательно выступила, и перед церемонией закрытия в последний день лыжники заняли весь пьедестал, и бобы-четвёрки одержали историческую победу – это великое счастье. Этакий аттракцион подарков, всё время выскакивающий в призовую игру. 

Даже тропический дождь, который нескончаемо лил над Сочи на протяжении двух месяцев подряд – и тот остановился ровно за один день до начала Игр.  Символично… Видимо, господу Богу было так нужно. Может, он решил, что мы своими чрезвычайными усилиями, при всех своих ошибках и накладках заслужили именно такого итога, потому что очень старались и относились к этому искренне.

Думаю, что лучший образ искусства и ощущения автора выражены в новелле «Колокол» в фильме «Андрей Рублёв». Там герой Бурляева говорит, что отец оставил ему секрет и ему дали возможность отлить колокол. Колокол звонит, все радуются, а тот, кто его изготовил, ползает по земле и кричит: «Отец обманул, не оставил секрет». Он же слышал, что колокол не звонит, так как должен. Хотя всем нравится. Вот и у меня осталось похожее ощущение – хотелось большего, и, главное, что у нас это большее было готово. Готово! Просто случились проблемы по времени и какие-то просто невероятно сложные погодные условия.

Было придумано очень много дополнительных очень крутых вещей. Но пришлось отменить их. Мы планировали начать работать на «Фиште» где-то в августе, а получили доступ только в декабре. Для всех опасных трюков у нас был построен специальный тент, в котором  огромное количество людей репетировало воздушные номера. В каждом из них были люди на большой высоте, которые находились в настоящей опасности. Графики таких тренировок очень интенсивные, и мы  решили все-таки не рисковать в условиях очень сжатых сроков. Потому что в результате мощный эффект ценой несчастного случая никто не хотел. Человеческие жизни дороже всего. Мы, например, со слезами отказались от огромных кораблей Петра, которые летят в воздухе и по их палубам бегает команда. Это всё было готово, это всё должны были увидеть зрители . 

«ЭТО ВАШЕ ПЕРВОЕ «ЗОЛОТО», ВЛАДИМИР!»

В прошлом году, в день рождения у меня было двустороннее воспаление лёгких… Я все время находился на стадионе «Фишт», последние приготовления требовали запредельных усилий. В какой-то момент, «распекая» трёх своих главных сотрудников, один из них  мне вдруг говорит: «Константин Львович, повернитесь назад». Я - ему: «Назад вам надо вернуться, месяца на три, когда можно всё было доделать…». 

 

В общем, ругался, на чём свет стоит. Он мне снова: «Повернитесь назад!»  Повернулся, и в пяти шагах от себя я увидел Президента страны. Он поздравил меня, сказал, что я что-то очень болезненно выгляжу, и что мне точно надо отдохнуть. А потом спросил: «Ну как оно завтра будет?», - «Всё будет хорошо, не беспокойтесь», - ответил я. Поэтому дальше пришлось соответствовать данному обещанию (смеётся). Уже после церемонии открытия, я зашел на трибуну и застал диалог Президента России с Президентом МОК Томасом Бахом, который произнёс: «Ну вот, Владимир, это ваша первая золотая медаль!» 

Конечно, иметь шанс в нужном творческом состоянии и в нужный момент времени оказаться причастным к такому грандиозному мировому празднику спорта – это большое счастье.

Полагаю, что церемония открытия и закрытия, даже сами Игры вызвали определённое раздражение у многих людей, которым в последующие годы предстоит «делать Олимпийкие игры». От всей души желаю успеха Рио-де-Жанейро, потому что там действительно очень сложный стадион, а страна замечательная. Честно говоря, им будет очень непросто. Превзойти то, что сделала Россия - и по результатам, и по телевизионному показу - поверьте, получится далеко не у всех.

Юрий Царицин, Служба информации ОКР

7 февраля  2015