/МОЯ ИСТОРИЯ/ Евгений Шаронов: «На Олимпийских играх в Москве вокруг ватерполистов сплотилась вся страна»

Олимпийский чемпион, чемпион мира, трехкратный чемпион Европы, двукратный обладатель Кубка мира по водному поло рассказал в интервью Службе информации ОКР о своей блестящей карьере, попытках стать пловцом, удивительной атмосфере, царившей в сборной СССР во время Олимпийских игр 1980 года, а также о том, как вернуть отечественное мужское водное поло на лидирующие позиции.

 

БРАССОМ В ВОДНОЕ ПОЛО

— Мой путь в большой спорт начался в 1973 году, когда в родном Дзержинске, неподалеку от Нижнего Новгорода, появился бассейн, — поведал Евгений Шаронов. – Современная по тем временам арена моментально стала центром притяжения молодежи. Но я плавать уже умел и особой нужды его посещать поначалу не испытывал.

В том бассейне работали родители моего одноклассника. Тамара Александровна Голованова была тренером по плаванию, Анатолий Михайлович — по водному поло. Вместе с моей двоюродной сестрой Ириной они дружно зазывали меня попробовать свои силы в водных видах спорта.

В какой-то момент я под этим напором не устоял и записался в группу пловцов. Благодаря хорошим наставникам и незаурядным физическим данным я достаточно быстро начал показывать неплохие результаты и даже стал чемпионом города среди брассистов, а вот соревноваться с КМС и мастерами спорта мне оказалось не под силу. После этого решил, что плавание – не мое.

Однако уже через месяц вновь потянуло в бассейн. Во время занятий с пловцами частенько играл в водное поло, да и за тренировками ватерполистов наблюдал. Мне этот вид спорта сразу понравился.

Когда пришел к папе одноклассника, Анатолий Михайлович первым делом спросил, не повторится ли ситуация с плаванием, которым я позанимался полгода и бросил. Пришлось пообещать, что проявлю упорство. Как видите, слово сдержал.

САМ СЕБЕ АГЕНТ

— Благодаря моему росту, длинным рукам и умению плавать брассом, где нужно высоко подниматься из воды, Дмитрий Всеволодович Шевченко, тренировавший меня с первых дней ватерпольной карьеры, определил в ворота. Я начал быстро прогрессировать, и практически сразу был включен в молодежную команду Горького (нынешний Нижний Новгород – С.Т.) в составе которой весной 1975 года поехал на зональные соревнования первенства СССР, которые проходили в Москве. Там-то и попал на карандаш тренеров юношеской сборной, а уже летом был вызван на сбор в Закарпатье.

После окончания школы в 1976 году пришла пора определяться с дальнейшей карьерой. Владимир Сафронов, тренер юниорской команды СССР, настоятельно рекомендовал перейти в клуб Высшей лиги.

Как-то раз в Дзержинск на сборы приехала только созданная ватерпольная команда «Москвич» Автозавода имени Ленинского комсомола (АЗЛК). После одного из спаррингов с «Москвичом» состоялся разговор с их тренером, Николаем Малиным, по итогам которого решил, что отправляюсь в столицу — играть за АЗЛК и поступать в Государственный Центральный ордена Ленина институт физической культуры (ГЦОЛИФК).

ТРАНСФЕР ПО-СОВЕТСКИ

— Меня можно назвать одним из первопроходцев ватерпольного образования. В специализированную группу, возглавляемую Иваном Павловичем Штеллером, в 1976 году были зачислены 10 ватерполистов — 5 игроков молодежной сборной СССР, включая меня, и еще столько же выпускников спортивных школ Москвы.

Учиться было интересно: нам рассказывали об истории вида спорта, давали много теории и другой полезной информации, которую и по сей день применяю в работе. Важно, что в ГЦОЛИФКе имелась военная кафедра. Из-за частых поездок на соревнования процесс сдачи экзаменов и зачетов растягивался, но сборники имели возможность обучаться по индивидуальному графику. После окончания института и прохождения военных сборов в 1983 году вместе с дипломом мне было присвоено звание лейтенанта.

Тем не менее, накануне Олимпийских игр в Лос-Анджелесе, получил повестку в армию: Министерство обороны очень хотело видеть меня в составе своей команды ЦСК ВМФ. После продолжительных переговоров между спортивными руководителями профсоюза и Армии мой тренер сказал, что вариантов нет, нужно идти «сдаваться».

В последний момент мы все-таки решили обратиться за помощью в Комитет по физической культуре и спорту при Совете министров СССР, располагавшийся на Лужнецкой набережной, в нынешнем здании Олимпийского комитета России.

Председатель Комитета Марат Грамов и его заместитель Анатолий Колесов в тот момент были в Америке на совещании, посвященном Олимпийским играм. В Москве находился только Первый заместитель Вячеслав Захавин. Я рассказал о своей проблеме, и в тот же день письмо за его подписью было отправлено Министру обороны, который росчерком пера отменил приказ о призыве.

Избежать нежелательного перехода в другой клуб мне помогло соглашение, заключенное между Комитетом по физической культуре и спорту и оборонным ведомством: в предолимпийский сезон первые номера сборных были неприкосновенны.

ВЕРНОСТЬ «МОСКВИЧУ»

— В составе «Москвича» я ни разу не становился чемпионом СССР. Наивысшим достижением была «бронза», завоеванная под конец карьеры. Несмотря на это, в стране не осталось ни одной именитой команды, которую мы не обыграли хотя бы раз.

Выступать за середняка по-своему интересно, особенно вратарю. Ты постоянно испытываешь давление, всегда должен быть в форме, играешь с более сильными соперниками и благодаря этому прогрессируешь.

Мне неоднократно поступали приглашения перейти в ведущие клубы страны, но я твердо решил – карьеру завершу в «Москвиче». Когда вокруг тебя строится команда, думать об уходе как-то неправильно, я бы даже сказал некрасиво. Горжусь тем, что не изменил своему клубу, тренерам, партнерам по команде и болельщикам!

Перед Играми в Москве на место в сборной претендовало более 80 игроков. У меня же никаких проблем с включением в состав не возникло. Уверен, в этом была также большая заслуга ребят, выступавших со мной в «Москвиче».

Один из лучших ватерполистов планеты, испанец Мануэль Эстиарте, стал Олимпийским чемпионом лишь на закате карьеры. Все предыдущие годы вокруг него не было коллектива, способного решать самые высокие задачи, а один в поле, как известно, не воин. У меня же сложилась обратная ситуация. Благодаря партнерам я очень быстро поднялся на спортивную вершину и выиграл «золото» Олимпийских Игр-1980.

А первым международным турниром для меня стал чемпионат мира 1978 года. Затем были Кубок мира-79, победа на Спартакиаде Народов СССР, где я в том же году завоевал «золото» в составе команды Москвы. Победа на главном внутреннем соревновании не только принесла мне новенькую квартиру в столице, но и позволила укрепить позиции в составе сборной.

НЕУЗНАВАЕМАЯ МОСКВА

— На Играх-1980 мы уверенно вышли из группы, после чего в финальной шестерке встретились с венграми. Перед матчем с одной из сильнейших команд мира очень волновался и не зря: поединок получился на редкость упорным и завершился со счетом 5:4 в нашу пользу. По ходу встречи лучший игрок венгров Тамаш Фараго не смог забить пенальти, а на последних секундах не реализовал преимущество лишнего игрока. После этого стало понятно, что «золото» от нас никуда не уплывет. На финал против югославов выходил, будучи спокойным, и за результат не переживал.

В тот год вокруг сборной сплотилась вся ватерпольная общественность, победа на Играх стала целью всей страны. Глядя на фотографии, сделанные в те дни, можно изучать географию водного поло: Ереван, Каунас, Кишинев, Тбилиси, Ташкент, Ашхабад, вся Украина и Казахстан. В Москву приехали тренеры, спортсмены и представители команд со всего Советского Союза.

Столицу в те дни было не узнать: никаких пробок, никто никуда не спешит, все красиво, чинно и благородно. К нам, молодым ребятам, в Олимпийскую деревню почти каждый день приезжали известные артисты – например, Евгений Леонов, Лев Лещенко, Александра Пахмутова и Николай Добронравов. Они специально для спортсменов сочиняли песни, в том числе, про водное поло. Особенно запомнился концерт Аллы Пугачевой в «Театре Эстрады», где от всей нашей сборной я преподнес Примадонне букет роз. Эти дни стали незабываемыми.

Так получилось, что главные соревнования в жизни каждого спортсмена, Олимпийские игры, я выиграл первыми. Только потом мою коллекцию пополнили золотые награды чемпионатов мира и Европы.

Важно отметить и заслуги тренеров сборной СССР Бориса Попова и Вячеслава Скока. Без них эти победы были бы невозможны. Благодарен всем специалистам, работавшим со мной на протяжении карьеры.

МИМО ЛОС-АНДЖЕЛЕСА

— В 1981 году мы отправились на Кубок мира в американский Лонг-Бич, чтобы доказать: золотые медали Игр-1980 достались нам по праву. Уверенная победа в США пресекла на корню все разговоры о том, что команда СССР стала первой, потому что в Москве не было американцев. В 1982 году стали чемпионами мира, а в 1983-м ­­­- победителями очередного Кубка мира и Чемпионата Европы.

Новость о бойкоте СССР Олимпийских игр в Лос-Анджелесе стала для меня громом среди ясного неба. Да, мы приняли участие в соревнованиях под названием «Дружба-84», но ставить эти турниры на один уровень, конечно же, нельзя.

В Гаване, где играли сборные по водному поло из стран социалистического лагеря, разве что хозяева бассейна, кубинцы, испытывали неподдельный восторг. И мы, и венгры были крайне расстроены отсутствием возможности выступить в Лос-Анджелесе.

Если бы не политика, многие ребята наверняка стали бы двукратными Олимпийскими чемпионами. Перед Играми-1984 сборная СССР выиграла абсолютно все турниры, в которых участвовала. Увы, после этого олимпийские результаты пошли вниз: в 1988-м в Сеуле, и в 1992-м в Барселоне мы довольствовались лишь «бронзой». И если в Южной Корее относительную неудачу можно списать на проблемы со здоровьем (я и Нурлан Мендыгалиев за месяц до начала турнира заболели воспалением легких и пропустили часть сборов), то в Испании соперники подтянулись, да и мы уже приблизились по возрасту к ветеранам водного поло.

СЕКРЕТ УСПЕХА

— Для достижения высоких результатов игроки должны сами ставить перед собой максимальные цели и отдавать водному поло все свободное время, жертвовать многим. Просто так победы не приходят.

К сожалению, нынешнее поколение к таким жертвам не готово. То ли не хотят, то ли просто в свои силы не верят. А зря, потенциально мужская команда у нас хорошая!

Сегодня необходимо сплотиться вокруг сборной. Попытаться воссоздать атмосферу, царившую на Олимпийских играх в Москве. Без поддержки со стороны клубов, спортивных чиновников, игроков и тренеров об олимпийских медалях можно забыть.

На главную команду должна работать вся система. В наше время на сборы приглашались 20-25 человек, а в окончательный список попадали лишь 11. Многие ребята понимали, что вряд ли окажутся в составе, и, тем не менее, изо всех сил помогали партнерам как можно лучше подготовиться к играм. Сейчас  о таком отношении к делу можно только мечтать…

Савва Тимофеев, Служба информации ОКР

Фото из личного архива Евгения Шаронова