/МОЯ ИСТОРИЯ/ Олег Васильев: «Серебро» Калгари для меня дороже «золота» Сараево»

35 лет назад фигуристы Елена Валова и Олег Васильев стали победителями Олимпийских игр в Сараево в парном катании. Специально для рубрики «Моя история» Олег Васильев рассказал, какую роль в той победе сыграла черная икра, почему спортсмены пропустили церемонию открытия и когда «серебро» бывает дороже «золота».

РЕБЯТА, ВЫ ОТКУДА?

— Еще за год до начала Игр-1984 о существовании пары Валова/Васильев мало кто знал. Судьбоносным для нас с Еленой стал чемпионат Европы, проходивший в Дортмунде с 1 по 6 февраля 1983 года. Мы приехали в ФРГ по замене — из-за болезни там не смогла выступить одна из наших ведущих пар Марина Пестова/Станислав Леонович.

Элита мирового фигурного катания терялась в догадках — кто такие, откуда? А мы взяли и сходу заняли второе место вслед за маститым дуэтом из ГДР Сабинэ Бесс/Тасилло Тирбах!

Спустя полтора месяца была одержана победа на чемпионате мира, но даже после этого за рубежом нас продолжали воспринимать как новичков.

Мы с Еленой могли спокойно готовиться к своим первым Олимпийским играм. Ничего общего с тем ажиотажем, какой в наши дни царит вокруг Алины Загитовой и Евгении Медведевой, в нашем случае и близко не было. Времена другие, да и Тамара Николаевна Москвина знала, как уберечь своих спортсменов от повышенного внимания прессы и властей Ленинграда, где мы жили и тренировались.

КОГДА НОМЕР НЕ ИМЕЕТ ЗНАЧЕНИЯ

— На церемонию открытия Игр в Сараево, состоявшуюся вечером 8 февраля, мы не ходили. Дело в том, что уже на следующий день спортивным парам предстояло выступать в короткой программе. Тратить силы и эмоции перед выходом на лед не стоило. Тем более на следующее утро во дворце спорта «Zetra» у нас была запланирована тренировка. Поэтому Тамара Николаевна предложила поберечь силы и хорошенько выспаться.

В нашем техническом  арсенале на тот момент  было несколько новых элементов, например, параллельный тройной прыжок и тодес в обратную сторону. Но главное, что от нас требовалось, это чистое катание.

Один из прыжков в короткой программе получился не стопроцентным, но судьи его засчитали, и дорога к высшей ступени пьедестала была открыта. За произвольную программу оказалось достаточно оценок 5,7-5,8.

Честно говоря, даже не помню, под каким номером выступали в сильнейшей группе. Для нас это не имело значения. Да, если  катаешься последним, а соперники «легли» на всех элементах, можно упростить программу. Но мы в эти игры не играли.

В итоге, наши основные соперники американцы Китти и Питер Карразерс заняли второе место, а Лариса Селезнева и Олег Макаров стали бронзовыми призерами.

На медали претендовала еще канадская пара, но в короткой программе спортсмены сорвали вращение, один из шести обязательных элементов, и оказались далеко за пределами призовой тройки.

РУКОПОЖАТИЕ ВМЕСТО ПОЦЕЛУЯ

— На эмоциональное восприятие Игр в Сараево серьезное влияние оказала смерть Генерального секретаря ЦК КПСС Юрия Андропова. Начиная с 9 февраля 1984 года и до конца олимпийских соревнований, сотрудники КГБ запретили советским спортсменам улыбаться в сторону камер, бурно выражать свою радость и носить яркую одежду.

А теперь представьте себя на нашем месте! На церемонии награждения нас с Еленой Валовой переполняли эмоции, но вместо того, чтобы их выплеснуть, мы были вынуждены на пьедестале ограничиться дружеским рукопожатием. Со стороны это выглядело довольно странно. Как и наш «постный» вид во время многочисленных интервью. Хотя отдуваться перед зарубежными журналистами, в основном, приходилось Тамаре Николаевне и Лене, которая окончила английскую спецшколу.

В любом случае, эти не израсходованные эмоции еще долго лежали на душе тяжелым грузом.

«СОВЕТСКИЙ ДОПИНГ» В САРАЕВО

— С соревновательной точки зрения Игры-84 для нас ничем не отличались от чемпионатов мира и Европы. Разница лишь в том, что нам, как дебютантам, впервые пришлось жить в Олимпийской деревне — специально отстроенном комплексе с уютными номерами квартирного типа. А вот там всех советских олимпийцев ждал сюрприз. В комнате у каждого спортсмена стояла большая банка с черной икрой, которую мы в шутку называли тайным советским допингом.

Перед завтраком, обедом и ужином несколько ложек этого деликатеса, богатого аминокислотами и минералами, придавали дополнительные силы и повышали самооценку. Это, наверное, одна из самых дорогих в мире пищевых добавок, но страна под названием СССР могла себе такое позволить.

МОСТОВЫЕ СТАРОГО ГОРОДА

— Посмотреть нынешнюю столицу Боснии и Герцеговины во время Игр толком не удалось. Пока шли соревнования, ни о каких прогулках не могло быть и речи. А после того, как стали олимпийскими чемпионами, нас затаскали по разным интервью, пресс-конференциям и прочим официальным мероприятиям.

Помню, что выбрались только на знаменитый Латинский мост, рядом с которым сербский террорист Гаврило Принцип застрелил эрцгерцога Франца Фердинанда и его жену Софью, что послужило сигналом к началу Первой мировой войны.

Кроме того, в памяти остались мощеные улочки Старого города, на которых органично сплелись разные культуры и религии. Для  молодых людей, приехавших из Советского Союза, отделенного от остального мира железным занавесом, всё это было в диковинку.

Спустя 20 лет мне довелось побывать в Сараево во второй и пока в последний раз. После чемпионата Европы-2004 в Будапеште, где «золото» взяли мои воспитанники Татьяна Тотьмянина и Максим Маринин, Международный союз конькобежцев собрал в Сараево всех чемпионов и призеров того первенства, а также пригласил победителей Игр-1984.

Американец Скотт Хамильтон не приехал, а вот с Катариной Витт из Германии и британскими танцорами Джейн Торвилл и Кристофером Дином пообщаться удалось. Красочное шоу с показательными выступлениями звезд мирового фигурного катания было приурочено к двадцатилетию Игр в Сараево и восстановлению разрушенного войной дворца спорта «Zetra», где в 1984-м кипели олимпийские страсти.

«ЗОЛОТО» ЦЕНОЙ В 500 ДОЛЛАРОВ

— За золотую олимпийскую медаль нам заплатили по 500 американских долларов и наградили Орденом Дружбы народов. Мы были слегка обижены, поскольку знали, что сборная СССР по хоккею за свою победу в Сараево получила на сотню больше. Это, конечно, шутка.

Ни квартиры, ни машины в те времена олимпийцам не полагалось. Но и полтысячи «зеленых» стали неплохой премией. Мы часто выезжали  за рубеж, где честно заработанные средства можно было выгодно вложить. Например, один видеомагнитофон, купленный в Европе или Америке и проданный потом в СССР, позволял безбедно жить примерно полгода. Мы не только покупали себе всё необходимое, но и еще помогали  родителям.

После триумфа в Сараево нас стали узнавать на улицах. С одной стороны, это было приятно. С другой, доставляло определенный дискомфорт – приходилось постоянно следить за своим внешним видом и гардеробом.

КОГДА МАЛЫ ДАЖЕ ДОМАШНИЕ ТАПОЧКИ

— Следующий олимпийский цикл складывался для нас весьма удачно. Став чемпионами мира и Европы, мы уже начали задумываться о втором олимпийском «золоте». Но на пике предолимпийского сезона случилась врачебная ошибка, едва не ставшая роковой.

На сборе перед чемпионатом СССР в декабре 1987 года моей партнерше сделали обезболивающий укол. Проблема заключалась в том, что лекарство нужно было вводить внутримышечно, а не подкожно. К тому же Лене еще и заморозили больное место хлорэтилом. Через три дня нога сначала покраснела, а затем сильно опухла.

Когда Лена не смогла влезть даже в домашние тапочки, мы обратились в Военно-медицинскую Академию им. С.М.Кирова в Ленинграде. Врачи поставили страшный диагноз — гниение тканей под кожей (гангрена) — и сразу увезли спортсменку на операцию.

Рану прочистили, но голень заживала медленно. Уже потом я узнал, что Лене грозила ампутация. Через месяц забрал ее из госпиталя, как говорят в таких случаях, под свою ответственность. В тот момент правое бедро моей партнерши «похудело» на 7 сантиметров. Из-за того, что нога находилась в неподвижном состоянии, произошло атрофирование мышц.

Мы вернулись на лед, когда до начала Олимпийских игр в Калгари оставался ровно месяц. Естественно, подготовку пришлось начинать фактически с нуля. В Канаду поехали третьим номером и только благодаря Тамаре Николаевне Москвиной, чья пламенная речь убедила чиновников Спорткомитета включить Валову и Васильева в состав Олимпийской команды.

Об этом мало кто знает, но свой первый тройной прыжок после выхода из больницы Лена сделала в Калгари на утренней тренировке в день произвольной программы, спустя 2,5 месяца после злополучного укола. Тогда в короткой программе «тройной» не требовался, и мы исполнили предписанный правилами флип в два оборота.

В итоге мы заняли второе место вслед за Екатериной Гордеевой и Сергеем Гриньковым, и скажу вам честно: та серебряная олимпийская медаль для меня дороже золотой, выигранной четырьмя годами ранее.

                             Владимир Топильский,

Служба информации ОКР