Алла Шишкина: «Успокоить нервы после тренировок помогают Борис Гребенщиков и его «Аквариум»

Во второй части интервью Службе информации ОКР двукратная Олимпийская чемпионка по синхронному плаванию рассказала о своих детских кумирах, музыкальных вкусах, ожиданиях от чемпионата мира в Кванджу и неизвестном рекорде Светланы Ромашиной.

— 10 золотых медалей из 10 за пять последних Олимпийских игр. Как такое возможно?

— Надо сказать огромное спасибо всей системе нашей подготовки. Фундамент для этих побед закладывался на протяжении многих лет. Раньше были и классные спортсмены, и выдающиеся тренеры. Просто им не повезло, что в стране после распада СССР сложилась сложная экономическая ситуация. Не было такой поддержки спорта со стороны государства. Но благодаря, в том числе, их стараниям наше синхронное плавание сейчас лучшее в мире.

— Во время выступления ощущаете дыхание партнерш по команде?

— Не только ощущаю, иногда всё тело бывает в синяках! Сейчас все комбинации выполняются на минимальном расстоянии друг от друга. На Кубке Европы я посмотрела техническую программу нашего дуэта Ромашина/Колесниченко. Впечатление такое, будто в воде роботы! Каждый счет – это движение, никакой передышки. За последние годы синхронное плавание сделало колоссальный шаг в сторону усложнения программ.

— Сидя на трибуне, узнал новый для себя термин «слышать воду». Вы ее действительно слышите?

— Какой интересный вопрос! Я слышу музыку, стараюсь считать её, иногда слышу тяжелое дыхание партнерши, которая рядом. Чувствую звуки, которые возникают от удара по воде ладонью или ногой.

— Если всей вашей группе надеть на глаза черные повязки, сможете выполнить программу безошибочно?

— Нет, конечно. Это будет ужасно. Кстати, вот интересная тема для телевизионной программы. Синхронистки выступают с завязанными глазами! Потом все вместе посмеялись бы над этим забавным зрелищем.

— Кто ваш кумир в синхронном плавании?

— В детстве с восхищением смотрела на дуэт Мария Киселева/Ольга Брусникина. Они в 2000 году первыми из россиянок сумели выиграть Олимпийские игры. Я поражалась высотой их движений, натянутостью ног. А когда становишься старше, понимаешь, что кропотливая работа — залог  будущего успеха. И не нужно уже никому подражать.

— Во сколько начинается рабочий день двукратной Олимпийской чемпионки?

— Если живем на базе, то подъем в 7:30. В 8:00 завтрак. В 9:00 ты уже в зале. Дальше пошел тренировочный процесс — после зала вода, затем перерыв и вторая тренировка. Стартует она в 18:00, а закончиться может в 23:00.

— Синхронное плавание невозможно представить без музыки. Какие у вас музыкальные пристрастия в повседневной жизни?

— Мой плей-лист переполнен. В нем присутствуют и классика, и рок-композиции, и даже рэп. Я, по сути своей, меломан. Правда, есть вещи, например, в стиле хеви-метал или хард-рок, которые мне слушать тяжеловато.

У нас на тренировках постоянно играет музыка. Она громко звучит и над водой, и под водой. В минуты отдыха хочется послушать что-то более спокойное, умиротворяющее. Успокоить свои нервы.

— Кто помогает в этом?

— Борис Гребенщиков и его «Аквариум». Например, композиция «Древнерусская тоска». Люблю послушать музыку в автомобиле.

— Как добираетесь на базу в Лобне?

— Есть несколько способов. Можно на электричке и автобусе, но я предпочитаю авто. Единственное, что неимоверно раздражает – это переезд через железнодорожные пути Савеловского направления. До двух часов можно простоять! Постройте уж, пожалуйста, путепровод!

— Большой шум в соцсетях вызвало ваше заявление о продаже BMW, полученного за победу на Олимпийских играх- 2016.

— Перед Играми в Токио решила поддержать японского производителя и купила Nissan «X-Trail». Шутка! Просто моя мама уже 7 лет ездит на  «Qashqai» и свой теперешний автомобиль я с большим удовольствием передам ей по наследству.

— Какие ощущения после «Бэхи»?

— Мне многие говорили, что пересев с авто премиум-класса на японский кроссовер, я потеряю в комфорте и ряде других привилегий, доступных только обладателям немецких машин.

Но я человек не привередливый. После X5 не чувствую себя в Nissan, что называется, ниже плинтуса. В моем распоряжении самые необходимые опции – подогревы руля и лобового стекла, система кругового обзора, навигация. Ну, может быть, качество пластика чуть хуже в салоне, но меня это не смущает.

— А как же «понты»?

— Они мне чужды. В противном случае я бы платила 60 000 рублей в год транспортного налога и ездила  на BMW, что называется, скрипя зубами. Но мне жалко выбрасывать на ветер такие деньги только ради завистливых взглядов со стороны.

— С музыкой все понятно. А читать любите?

— Чтение прекрасно развивает речь, грамотность письма, ассоциативное воображение. Но я отдаю предпочтение аудиокнигам. Недавно целиком прослушала «Войну и мир» Льва Толстого. Мне было интересно всё – как выглядели построения русских войск, какое у них было оружие. А во втором томе впечатлило описание мирного времени.

— В Сети можно найти много фрагментов с вашими старыми выступлениями. Вы их часто просматриваете?

— Когда не выступала, меня иногда одолевала тоска. Тогда я включала компьютер и на два часа прилипала к монитору. Особую ностальгию вызывали кадры с моего первого чемпионата мира, проходившего в Риме в 2009 году. Я была такая молодая и зеленая – не то, что теперь!

— За время своей блистательной карьеры вы выиграли два олимпийских «золота» и еще 11 медалей высшего достоинства на чемпионатах мира. Какая из них самая памятная?

— Как раз та, что была завоевана в 2009-м. После Игр-2008 закончили выступать все Олимпийские чемпионки, и в команду пришла молодежь. По сравнению с триумфаторами Пекина мы выглядели ужасно. К Татьяне Николаевне подходили судьи и говорили, что мы — «это конец синхронного плавания».

В столицу Италии на чемпионат мира мы ехали без всяких иллюзий. Было ощущение, что на нас поставили крест. Но когда выиграли техническую программу, я была на седьмом небе от счастья и от мысли, что не стану тем человеком, на котором закончится синхронное плавание в стране.

— С чем связаны ваши главные мысли и надежды в этом году?

— Безусловно, это чемпионат мира в Кванджу. Там обязательно надо показать соперникам, что им еще есть над чем работать. В Корее постараемся удивить оппонентов новой технической программой, а в произвольной покажем «Шаманов», которых зрители уже видели в Санкт-Петербурге. Уверена, что это самая тяжелая программа в мире.

— Вы любите повторять, что синхронное плавание — очень сложный вид спорта.

— Одно выступление дается легче, другое — тяжелее. С чем это связано, непонятно. Ты можешь быть готовым на сто процентов, но во время исполнения программы, в буквальном смысле, хочется умереть. Как проплыть разминку, что поесть перед ней, чтобы было проще. Вопросов без ответов много…

Иногда в воде начинаешь задыхаться, у тебя сводит руки и ноги, темнеет в глазах и программу доделывают мышцы, сохранившие в памяти движения, сделанные уже миллион раз.

— Были на вашей памяти фатальные случаи?

— На Олимпийских играх в Пекине перед россиянками выступала японская группа. На последней связке одна девочка в прямом смысле слова пошла ко дну, ее пришлось спасать при помощи спецсредств.

Вскоре появилось правило, запрещающее находиться под водой больше 45 секунд. Есть специальный судья, контролирующий продолжительность подводных связок и комбинаций.

— Сколько вы можете находиться под водой?

— Любая синхронистка сборной России может задержать дыхание на минуту, а то и на две. Вопрос — зачем это нужно, если правилами определены конкретные цифры? Вот Светлана Ромашина может не дышать больше четырех минут. Но Светка у нас  любит ставить всякие рекорды, вот и сидит под водой как рыба!

                                                Владимир Топильский,

Служба информации ОКР

Фотографии из личного архива Аллы Шишкиной