Светлана Ромашина: «Сказать, что вернулась окончательно, смогу только после чемпионата мира»

Пятикратная Олимпийская чемпионка по синхронному плаванию, обладательница 18 золотых медалей чемпионатов мира, представитель Комиссии спортсменов ОКР, а ещё любящая жена и заботливая мама, вернулась в большой спорт после двухлетней паузы.

Связан ли камбэк Светланы Ромашиной с возможностью стать единственной в мире семикратной Олимпийской чемпионкой по синхронному плаванию или есть другая мотивация? С этого вопроса мы начали разговор с титулованной спортсменкой.

— О цифре «7» я, конечно, думала. Но как только начались тяжелые тренировочные будни, магия чисел ушла на второй план, —  заявила в интервью Службе информации ОКР Светлана Ромашина. — О перспективе стать рекордсменкой мне иногда напоминают лишь журналисты и друзья.

Сейчас хочется просто доказать, что снова могу быть лучшей. После первых тренировок говорить о внутреннем комфорте  не приходилось, а вот первые старты в Казани на этапе Мировой серии вселили уверенность. Но точно сказать, что вернулась окончательно, я смогу только после чемпионата мира в Кванджу.

— Уходя, были уверены, что это именно пауза?

— После Олимпийских игр в Рио-де-Жанейро я сразу дала понять, что не покидаю спорт навсегда. Пока была «в положении», находилась в расположении сборной, исполняя обязанности помощника тренера. Когда родила и кормила дочь, постоянно поддерживала связь с Татьяной Евгеньевной Данченко и Светой Колесниченко. Татьяна Николаевна Покровская тоже меня ждала. Поддержка тренерского штаба и подруг по команде убедили в правильности принятого решения.

— Как себя чувствуете сейчас?

— В рабочий вес я вошла быстро и без проблем. Говорят, что после родов женский организм переживает некий взлет. Ощутила это на себе в полной мере.

Конечно, идеальную картину нарисовать еще нельзя. За время декретного отпуска пропала растяжка. Мостики, шпагаты – все эти элементы приходится восстанавливать. Но если тело в какие–то моменты мне казалось дряхлым, то голова всё помнила! Когда ныряла в воду сразу после возвращения, руки и ноги работали синхронно и прекрасно меня слушались.

— У вас уже есть опыт совместного выступления со Светланой Колесниченко.

— Внутренняя «химия» нарабатывается каждодневными тренировками. Когда я была в декрете, Света часто приезжала ко мне домой. Она знала, чем я живу, какие у меня домашние заботы. Поэтому когда начались совместные занятия, моя форма не стала для нее откровением.

— Сейчас время на отдых остается?

— Практически нет. Пусть у нас пока одна тренировка в день, поскольку мы задействованы в дуэте и соло, а в группу встанем на следующий год, но и она длится 5 часов. Потом еще зал, массаж, дорога до дома с базы «Озеро Круглое». Возвращаюсь где-то в 17:00, отпускаю няню и уже до позднего вечера работаю мамой. Подъем в 6 утра, поэтому посмотреть телевизор, лежа на диване, это не про меня.

— С дочерью каждый день тяжело расставаться?

— Непросто. Особенно если приходится уезжать на соревнования. Я — «мама-наседка». Когда 10 месяцев сидела с Сашей, очень привязалась к ней. И теперь каждая вынужденная разлука с моей девочкой болью отдается в сердце.

— Были моменты, когда жалели о возвращении?

— Появлялись такие мысли. Правда, всего пару раз. Ребёнок болел, а пропустить тренировку нельзя. Вот и думала: «Какая я плохая мама!».

— Татьяна Покровская делает вам поблажки?

— Помню, как перед Играми-2016 вернулась Наталья Ищенко. У неё всё проходило по такой же схеме — сначала только дуэт, потом дуэт и группа. Бывало, что нас могли отпустить со второго прогона, потому что группа начинает работать в зале в 09:30, а дуэт – в 8:00 и нагрузки неимоверно возрастают.

— В чем вы находите мотивацию для выступления в соло?

— Сложный вопрос. В соло можно целиком выплеснуть энергию, тогда как в дуэте в отдельных моментах приходится себя сдерживать. К тому же соло – одна из наиболее престижных дисциплин в синхронном плавании. В отличие от олимпийских чемпионок в группе, которых мало кто знает, солистки у всех на слуху.

Татьяна Покровская и Татьяна Данченко сразу дали понять, что готовы поделить сольную программу между мной и Светой Колесниченко. Выступать одновременно в технической и произвольной композициях очень сложно. Мне такие нагрузки сейчас не по плечу.

— Как относитесь к разговорам, что микст-дуэт вытеснит из программы Олимпийских игр классический дуэт?

— Интересно, когда это произойдет. Вряд ли раньше 2028 года. Эту тему мы активно обсуждаем в интернете, переписываемся с коллегами. Но, поверьте, никакой неприязни  к мальчикам, которые стали синхронистами, у нас нет.

— Общаетесь с Александром Мальцевым, который выступает в паре с Майей Гурбанбердиевой?

— Очень уважаю этого парня. Он прошел через серьезные испытания. В соцсетях Сашу упрекали в том, что он рос, как спортсмен, среди девочек. Не каждый выдержит подобные насмешки. Но Саша не спасовал и со временем стал  звездой мирового уровня. У него стальной характер, он ставит перед собой серьезные задачи. Это достойно уважения.

— Сколько сейчас в мире микст-дуэтов по-настоящему высокого уровня?

— Не так много. Помимо России, это пары из Италии и Японии. Китайский дуэт набирает обороты. Остальные спортсмены, если их оценивать по шкале классического дуэта, это уровень сорокового места. Я не возражаю, чтобы они были представлены на Олимпийских играх, но вести разговоры на эту тему сейчас явно преждевременно.

К тому же мальчиков-синхронистов еще маловато. Прежде чем приехать к вам на интервью, мы провели в Санкт-Петербурге автограф-сессию. Среди болельщиков и начинающих спортсменов были одни девочки! Разве можно лишить их дополнительной возможности выступить на Олимпийских играх?!

                                                                                                Продолжение следует.

                                               Владимир Топильский,

Служба информации ОКР

                                 Фотографии из личного архива Светланы Ромашиной