/МОСКВА-80/ Виктор Власов: «Когда выходил на линию огня, по телу пробежал холодок»

На Олимпийских играх 1980 года в Москве советские стрелки завоевали три золотые, серебряную и бронзовую медали. Всего же в комплексе «Динамо» в подмосковных Мытищах с 20 по 26 июля было разыграно 7 комплектов наград.

Первую золотую медаль сборной СССР завоевал Александр Мелентьев, который победил в стрельбе на 50 метров из произвольного пистолета с новым мировым и олимпийским рекордом — 581 очко. Это достижение продержалось 34 года.

Его успех вдохновил товарищей по команде. Виктор Власов выиграл «золото» в стрельбе из малокалиберной винтовки из 3-х положений с 50 метров. И тоже сделал это с мировым рекордом, набрав 1173 из 1200 возможных. Вторым стал немец Бернд Хартштайн (1166), «бронза» у шведа Свена Юханссона (1164). Предыдущее мировое достижение принадлежало болгарке Нонке Матовой – фавориту соревнований, которая заняла лишь шестое место. К слову, московские Игры стали последними, где женщины соревновались во всех стрелковых дисциплинах вместе с мужчинами.

– Саша Мелентьев в то время был сильнейшим стрелком мира, поэтому его золотая медаль неожиданной не стала. Но то, что она была первой в советской сборной, эмоционально повлияло на нас всех, – рассказал в интервью Службе информации ОКР Олимпийский чемпион Виктор Власов.

olimp-history.ru

Когда Москва получила право проводить Олимпийские игры, была ли альтернатива стрелковому комплексу в Мытищах для проведения соревнований?

 Лучшего места было не найти. Стрельбище находилось не так далеко от центра Москвы, туда было достаточно легко добираться.

Его возвели еще в 20-х годах прошлого столетия, а первую реконструкцию провели перед чемпионатом мира по стрельбе 1958 года. К Олимпийским играм комплекс фактически построили заново. Это было очень красивое и уютное место, которое стало нашим вторым домом. Там создали все необходимые условия для спортсменов, тренеров и обслуживающего персонала. Могу с уверенностью сказать, что это было одно из лучших стрельбищ в мире, на которых мне приходилось участвовать.

– Была у вас возможность перед Играми опробовать место будущих соревнований?

– В 1979 году стрельбище уже было готово к эксплуатации. И за год до Игр там прошли Спартакиада народов СССР и международные тестовые соревнования в рамках предолимпийской недели. Тогда в Москву приехали очень много иностранных спортсменов, которые остались довольны этим комплексом. И мы, конечно, не предполагали, что это прекрасное и так понравившееся всем сооружение потом снесут.

– Каким был отбор в олимпийскую сборную у стрелков?

– В нашем виде спорта в каждой олимпийской дисциплине могут выступать только два человека от страны. На чемпионате СССР вначале отобрали троих, а за месяц до старта проводили контрольные стрельбы, в результате которых в команду попали я и Александр Митрофанов.

– Вас разместили в Олимпийской деревне?

– Стрельбище находилось достаточно далеко от места проживания всех олимпийцев — поездка в автобусе занимала не меньше 40 минут. Поэтому нашим руководством было принято решение команды пулевой и стендовой стрельбы разместить поближе к месту соревнований. В поселке Подлипки, неподалеку от Мытищ, нам выделили двухэтажный корпус в кардиологическом санатории. Там мы и жили во время Игр.

РИА Новости / В. Шандрин

– Стрелки во время соревнований должны сохранять хладнокровие. Сложно это было делать на домашних Играх?

— Действительно, в нашем виде спорта, чтобы показывать высокие результаты, надо уметь владеть своим эмоциональным состоянием. Но это не значит, что мы — люди без нервов. В техническом отношении на крупных соревнованиях все стрелки примерно одинаковы. Выигрывает тот, кто может справиться с волнением.

На московских Играх, когда выходил на линию огня, по телу пробежал холодок и появилась легкая тревожность. До этого я принимал участие во многих международных соревнованиях, но такого не было никогда.

А дальше, после команды «приготовиться», пошли уже чисто технические дела, и это состояние потихонечку ушло. Осталось только легкое волнение. Кстати, как показывает практика, если будешь на 100 процентов спокоен, то хорошего результата не получишь. Оптимальный вариант – небольшое волнение, которое не должно тебя перехлестывать и сбивать.

– В каком формате проходили соревнования?

– Стрельба велась из трех положений – лежа, стоя и с колена. В каждом из них делалось 10 пробных и 40 зачетных выстрелов. Соревнования длились почти шесть часов: лежа стреляли полтора часа, стоя – два часа, с колена – час и сорок пять минут. Между подходами два перерыва по 15 минут.

– Когда поняли, что у вас есть шанс на победу? 

– Только в конце соревнований. Дело в том, что в последнем виде, стрельбе с колена, на международных стартах я показывал не самые стабильные результаты. И даже несмотря на то, что перед Играми при подготовке много времени уделял этому положению, к сожалению, большого прогресса так не добился.

Когда начиналась работа с колена, я проигрывал очко или два шведу Свену Юханссону, который на тот момент был лидером. Все уже начали стрелять, а у меня никак не получается установить винтовку, чтобы добиться устойчивости оружия. Поиск подходящего положения затянулся. Зачетные выстрелы начал делать, когда остальные спортсмены либо уже отработали, либо сделали половину выстрелов.

На последней серии увидел, что остался один на линии огня. У нас если спортсмен показывает высокий результат, то всегда по окончании его выступления раздаются аплодисменты. Хотя все стреляют в наушниках, фон всё равно прослушивается. Никаких подобных звуков я не слышал, и мелькнула мысль, что, наверное, все ждут меня.

Поиск устойчивого положения принес результаты, и мне удалось произвести хорошую стрельбу. Сразу же раздались аплодисменты, крики, возгласы. Тогда понял, что выиграл.­

ТАСС / Юрий Белинский

– Какие чувства испытали после победы?  

— Чувство облегчения — будто тяжесть упала с плеч. А то, что стал чемпионом, осознал немного позже, когда вручили золотую медаль.

– Как проходило чествование?

– Нас поздравлял президент Международного олимпийского комитета, руководители спортивных ведомств. Запомнилось вручение знака заслуженного мастера спорта, которое проходило в Олимпийском комитете СССР. Перед официальной частью нас поздравлял Геннадий Хазанов, который в то время был начинающим артистом. Своим выступлением он разрядил обстановку и создал очень хороший эмоциональный фон.

– Вам удалось потом попасть в Олимпийскую деревню?

– У всех чемпионов была обязанность встречаться с людьми, рассказывать о своем спортивном пути. Поэтому после победы на три дня меня отправили жить в деревню, чтобы участвовать в этих мероприятиях.

— Какие впечатления оставила Москва-80?

­- Москва была другая – молодая, свежая, ухоженная. Ее почистили, покрасили, озеленили. Правда, большинству спортсменов, особенно тем, кто выступал в конце соревнований, так и не удалось увидеть своими глазами все ее великолепие. Ведь спортивную дисциплину никто не отменял. Да и мне, коренному москвичу, удалось все это увидеть только из салона автомобиля, когда меня перевозили с одного мероприятия на другое.

– Участвовали в церемонии открытия или закрытия Игр?

– Был только на открытии. Могу сказать, что для тех, кто впервые участвует на Олимпийских играх, такое событие остается в памяти навсегда. Это действительно великий праздник спорта. Жаль, что не все спортсмены, которые долгое время тренируются и достигают высоких результатов, попадают потом на главные старты четырехлетия.

Когда смотрел по телевизору закрытие, где показывали улетающего со стадиона олимпийского мишку, с одной стороны, было сожаление. Но в то же время чувствовал радость, что мы провели Олимпийские игры и сделали это здорово! И наши зарубежные друзья, говорили: «Вы – молодцы! Всё было замечательно! Вот бы еще раз приехать в Москву и поучаствовать в соревнованиях на этом прекрасном стрельбище!» Такая вот светлая грусть.

Маргарита Балакирева, Служба информации ОКР