«Выигрывать все кому-то одному невозможно»

В этом году Олимпийский комитет России (ОКР) отмечает свое столетие. Уже год им руководит самый высокопоставленный из когда-либо избиравшихся на этот пост чиновников — вице-премьер РФ Александр Жуков. Он рассказал о том, что за этот год изменилось в работе ОКР и о перспективах российских команд на двух ближайших Олимпиадах — в Лондоне-2012 и Сочи-2014.

— Мы с удивлением обнаружили, что у нас в стране 25 июня отмечался Олимпийский День. В Лужниках был шикарный праздник – со звездами спорта, шоу-бизнеса, в других регионах, если не ошибаемся, аналогичные мероприятия проводились. Еще больше мы удивились, узнав, что вообще-то Олимпийскому Дню, официальному празднику Международного олимпийского комитета, уже почти полвека, и в России он отмечался и до этого. Просто размах был куда более скромным. Зачем вы сделали его таким масштабным?

— Во-первых, он был юбилейным: в нынешнем году ОКР исполнилось сто лет. А во-вторых, это было связано с тем, что мы по-другому стали строить работу Олимпийского комитета. Всю деятельность ОКР мы стараемся сделать значительно более масштабной.

Мы видим свою задачу в самом широком продвижении идей олимпизма в нашей стране. Важно, чтобы люди всех возрастов, во всех регионах понимали: нужно больше времени уделять физической культуре, спорту, заниматься своим здоровьем. Чтобы родители сами занимались спортом и привлекали к этому детей… Собственно говоря, в соответствии с Олимпийской хартией — это ведь и есть главная задача Олимпийского комитета.

Вообще, на этот год у нас запланировано очень много мероприятий, связанных со столетием Олимпийского комитета России – олимпийские уроки в школах, массовые соревнования.

— В основном – в Москве?

— География очень широкая. Практически во всех субъектах Российской федерации мы что-то проводим. Скажем, в Олимпийский день в Брянской области, на границе с Белоруссией и Украиной, прошла Спартакиада «Славянское братство»: в программе были соревнования по велоспорту, шахматам, настольному теннису, футболу. В Белгороде, на Соборной площади, тоже состоялся большой праздник. Про Сочи я и не говорю: там постоянно что-то происходит – олимпийские уроки, олимпийская зарядка. 25 июня был заплыв на 2014 метров… Воронеж, Ростов, Волгоград, Ульяновск, Краснодар, Ставрополь, Мордовия, Татарстан, Якутия – везде идут мероприятия.

— Замечательно. Но народ все равно подумает: проводят для галочки. Эффективность-то их как оценить? Как определить, внедряются идея олимпизма в сознание или нет?

— Например, по количеству людей, которые приходят на эти мероприятия. Я, к сожалению, в Лужниках не был — пришлось в Казань уехать, там проходило заседание президентского Совета по спорту. Но те, кто был, говорят, что люди приходили семьями и с огромным удовольствием принимали участие в соревнованиях. Я уверен, что интерес к спорту такие праздники поднимают.

— А денег сколько на это уходит?

— Да здесь, в общем-то, не требуется особенно больших затрат. Скорее все работает на энтузиазме. Я благодарен нашим знаменитым спортсменам за то, что они всегда откликаются на просьбы ОКР. В Лужниках помогали вести праздник более 40 олимпийских чемпионов, и никто за это денег не просил. Просто пришли, помогли организовать мероприятие, сами поучаствовали в состязаниях. Также пришли и многие артисты, играли в футбол со олимпийцами. Я также благодарен и нашим партнерам (Кока-кола и Мегафон), которые также оказали нам поддержку.

— Но у вас есть в голове какие-нибудь конкретные цели по цифрам. Каким должно быть число россиян, занимающихся спортом?

— Правительством утверждена «Стратегия развития физкультуры и спорта в РФ до 2020 года». Она нацелена на то, чтобы уже к 2015 году почти в два раза увеличить число граждан России систематически занимающихся физкультурой и спортом, а к 2020 более чем в два раза повысить обеспеченность населения спортсооружениями.

— За эту программу отвечает Министерство спорта. А ОКР как с ней связан?

— У Олимпийского комитета и у министерства общие цели. Есть задача – сделать спорт и физкультуру в стране как можно более популярными. По линии государства идут инвестиции в строительство объектов, организуются и финансируются различные массовые соревнования, в том числе детские и юношеские — «Кожаный мяч», «Золотая шайба», «Белая ладья». У Олимпийского комитета свои направления деятельности. И ОКР активно работает. Сегодня отделения Олимпийского комитета есть уже в 40 субъектах федерации.

— Все-таки оцените, насколько Министерство спорта успешно реализует федерально-целевую программу? Скажем, если брать спорт высших достижений, наши олимпийские перспективы.

— Я считаю, что для развития спорта высших достижений со стороны государства сейчас прилагаются максимальные усилия. Во-первых — создаются базы подготовки. За последнее время появилось несколько спортивных баз мирового уровня или даже просто лучших в мире. Например, база «Озеро Круглое» в Новогорске под Москвой, где готовятся пловцы, прыгуны в воду, фехтовальщики, гимнасты. База гребцов в Казани, совсем недавно открытая. Там все оборудовано по последнему слову техники, условия для проживания и тренировок прекрасные. Есть замечательные базы на юге — в Сочи, Анапе… Да перечислять можно долго… Сейчас будем приводить в порядок высокогорные объекты. Кисловодскую базу, которую передали от Минобороны Минспорту.

Во-вторых, материальная поддержка спортсменов, членов сборных команд, которая идет по нескольким идет направлениям: государственные стипендии, президентские стипендии, по линии Фонда поддержки олимпийцев. Это – серьезные средства. Существенно увеличены зарплаты тренерам, медицинским работникам.

— Насколько существенно, если отталкиваться от момента вашего избрания президентом ОКР?

— В среднем в два-три раза.

— Но это, видимо, только для персонала сборных?

— Да, для сборных. На сегодняшний день пока не решены вопросы материального обеспечения молодых тренеров, которые заканчивают институт и приходят в детско-юношеские спортивные школы. А без их решения не обойтись, поскольку они напрямую связаны с подготовкой кадров, с развитием массового спорта, без которого невозможен и спорт высших достижений. Финансирование этого направления находится в ведении регионов. Но мы сейчас начали их поддерживать. У нас есть федеральная программа помощи школам олимпийского резерва, детско-юношеским школам. Президент на последнем Совете поставил перед губернаторами задачу как можно активнее помогать детско-юношеским спортивным школам.

— Зарплаты – это ведь не единственная расходная статья в спорте?

—Финансирование других направлений также увеличивается. Выделены большие средства на медико-биологическое обеспечение— тоже под специально разработанную федеральную программу.

— Большие — это сколько?

— Два миллиарда рублей в год. Это — ведомственная программа. В ближайшее время благодаря ей будут обеспечены все потребности в медико-биологическом сопровождении сборных. Сейчас мы видим проблему в том, что квалифицированных врачей и специалистов, способных на этом оборудовании работать, не так много, как хотелось бы. Не хватает специалистов, имеющих опыт работы по современным методикам. Для того, чтобы добиться результатов в спорте высших достижений, надо, в том числе, чтобы врач постоянно наблюдал спортсмена, отслеживал, как влияет на его результаты использование тех или иных методик. Для каждого нашего олимпийца создаются своего рода индивидуальные медико-биологические планы подготовки.

— Для каждого?

— На данный момент такие планы есть не у всех. Но комплексная научная группа имеется в каждой федерации и практически в каждой сборной. Эти группы еще не везде укомплектованы полностью умеющими применять сложные методики на практике специалистами, но работа идет полным ходом.

— В Казани Дмитрий Медведев сказал о необходимости единого научного центра в спорте…

— У нас есть хорошая база– ВНИИФК. Его, конечно, надо дооснастить и укрепить кадрами.

— Кто этим будет заниматься? Чья это сфера ответственности?

— Минспорттуризма.

— Вы сказали о планах подготовки российских спортсменов к лондонской Олимпиаде. Насколько они, на ваш взгляд, проработаны?

— Существует комплексный план подготовки к Олимпиаде, доведенный до всех федераций. На его базе каждая федерация разработала детальный план для сборной. Там прописаны все аспекты — на каких базах будет проходить подготовка, по какому графику, как обеспечивается материальная, медико-биологическая, научная составляющие. На сегодняшний день материальными ресурсами федерации обеспечены на сто процентов. У всех есть четкое представление, где и как они будут готовиться к Лондону непосредственно перед Играми, где будет основная база. А это важный вопрос, особенно для тех, кто будет жить не в Олимпийской деревне, — скажем, гребцов.

— Вообще, как настроение перед этой Олимпиадой у руководства ОКР, федераций? Преобладает тревога или оптимизм?

— Думаю, что скорее сдержанный оптимизм.

— Он на чем-то, скажем так, материальном основан?

— Основан на результатах чемпионатов мира и Европы последних лет. Ситуация в разных видах спорта, естественно, разная. В каких-то это — абсолютно обоснованный оптимизм. В каких-то – есть расчет на то, что удастся улучшить результаты до Олимпиады, еще есть время.

— Если сравнивать с Олимпиадой в Пекине, чем, на ваш взгляд, ситуация для российской сборной изменилась в лучшую сторону?

— Есть несколько видов спорта, которые были у нас традиционно сильны в советские времена, а в российские — утратили свои позиции. Сейчас они начинают восстанавливаться. Это – спортивная гимнастика, особенно женская, в которой у нас в Пекине не было золотых медалей. То же самое с тяжелой атлетикой. Свежие результаты наших штангистов обнадеживают. На чемпионате Европы они взяли девять золотых медалей, и это стало неожиданностью даже для самой федерации. Ясно, что в этих видах у нас есть целый ряд спортсменов, которые могут претендовать на золотые медали. Идем дальше. Возрождается гребля на байдарках и каноэ. Во многом за счет, кстати, создания баз, гребных каналов – в Краснодаре, Татарстане. Очевиден прогресс в фехтовании, стрельбе… Ну, а есть виды спорта, которые были «нашими» и такими остаются — борьба, бокс, легкая атлетика, художественная гимнастика, синхронное плавание…

— А можете назвать виды, от которых мы никогда ничего не ждали, но которые в Лондоне преподнесут нам приятные сюрпризы?

— Могу. Я, например, недавно побывал в Азербайджане и попал на международные соревнования по таеквондо. У нас очень приличная команда. Я поговорил с тренерами сборной и убедился, что на Олимпиаде у наших таеквондистов неплохие шансы, хотя до этого они ничего не выигрывали. Или возьмем триатлон. Там тоже появились конкурентоспособные спортсмены. Я думаю, что велосипедисты могут преподнести сюрпризы… Позитивное движение заметно практически во всех видах.

— Вы ко всем федерациям одинаковый подход применяете? Или есть дифференциация в зависимости от результатов, значимости вида?

— Мы никого не ущемляем. Наша задача – создать максимально благоприятные условия для подготовки спортсменов. Вид спорта значения не имеет.

— На что все-таки сборной России можно рассчитывать в Лондоне?

— Судя по нашим последним результатам, по тому, как выступают основные конкуренты, за состоянием дел у которых мы тоже следим, вполне реально попасть в тройку. Именно такая задача и поставлена. Для ее реализации нужно завоевать не меньше 25 золотых медалей и где-то 75 наград в общей сложности.

— А основные конкуренты у нас все те же — США и Китай?

— Эти страны традиционно сильны на Олимпиадах и нет оснований полагать, что в Лондоне будет иначе. Я думаю, и британцы на своей площадке будут очень сильны. Хорошего выступления можно ждать и от сборной Германии.

— Ну а если не случится никакого третьего места, кто отвечать за это будет? Вот президент Медведев недавно высказался в том смысле, что еще один провал, подобный ванкуверскому, не оставит ему никаких вариантов, кроме увольнения министра…

— В жизни всякое может случиться. Но в соревнованиях же не министры, а спортсмены участвуют. Они должны медали завоевывать, а государство со своей стороны создавать для этого условия. А в этом плане положение совсем неплохое. По крайней мере, мои встречи с руководителями федераций об этом свидетельствуют. Если раньше все просили: «Вот у нас не хватает оборудования, база нас не устраивает, медико-биологическое обеспечение не достаточно..», — то сейчас таких претензий практически нет. Все обеспечены по максимуму.

Мы повысили престиж России как спортивной державы и за счет получения прав на проведение очень многих крупных турниров: Олимпиады, Универсиады, чемпионатов мира по футболу, легкой атлетике, хоккею. Сейчас планирую поездку в Шанхай поддержать заявку Казани как места проведения мирового первенства по водным видам спорта.

— Летней Олимпиады не хватает…

— По летней Олимпиаде тоже подумаем… Однако ни столь существенное увеличение финансирования, ни проведение у нас крупнейших международных соревнований, не означает, что мы должны немедленно выиграть все на свете. Сегодня конкуренция в большом спорте растет, появляются новые спортивные страны. И это объективный процесс. Выигрывать все кому-то одному невозможно.

— И все-таки виноват-то кто будет? Это же главный вопрос.

— Ну почему кто-то должен быть виноват?! Что за настрой такой? Вы болейте за наших спортсменов, их лучше поддерживайте. Не ругайте их так сильно, когда у них что-то не получается. Ведь отношение болельщиков для спортсменов значит очень много. И никто не будет виноват. Будем вместе радоваться.

— После Ванкувера часто приходилось слышать мнение о том, что ОКР, по сути, превратился в турбюро и с комитета просто не за что спрашивать. За время вашего пребывания на посту президента от этого нелицеприятной репутации уйти удалось?

— Год назад я представил программу развития ОКР и, считаю, мы очень четко ей следуем. У ОКР появился серьезный партнер — «Газпром», с помощью которого мы можем реализовывать собственные программы. Появилось финансирование и на массовый спорт, и на различные культурные программы, и на спорт высших достижений.

— Сколько «Газпром» дает?

— Договор предусматривает выплату $130 млн.

— А полноценный частный бизнес когда подтянется? Вообще, как бы вы оценили, скажем так, инвестиционный климат в российском спорте?

— Частный бизнес идет уже сейчас, но сотрудничество с ним осуществляется по линии федераций. Однако, конечно, средства спонсоров в спорт привлекать надо активнее. У нас есть программа, направленная на это. В первую очередь, она основана на использовании бренда «команда России». Ничего нового мы не придумываем, это международный опыт. Скажем, в США Team USA — это бренд, успешно продаваемый. Мы пока в начале пути. Думаю, это будет весьма привлекательным для бизнеса проектом.

— Как бы вы оценили профессиональный уровень управленцев в федерациях. Раньше много говорилось о том, что работать они не умеют.

— Во-первых, хорошие специалисты, профессионалы, есть везде. Там, где было необходимо, в федерациях, в основном, зимних, руководство после Ванкувера сменилось. И люди, которые пришли, работают профессионально. Например, Федерация бобслея. Там сейчас принципиально иная ситуация и результаты этого сезона говорят сами за себя. То же самое могу сказать про горные лыжи, фристайл.

— И тем не менее итоги зимнего сезона трудно назвать хорошими.

— Я бы не оценивал все так однозначно. Конечно, не оправдали надежд наши биатлонисты и лыжники. Но и у тех, и у других есть на сегодняшний день программы, которые позволяют надеяться, что результаты будут намного лучше. В фигурном катании, я считаю, был очень успешный сезон, несмотря на то, что золотых медалей у нас нет. Важно другое — у нас в фигурном катании появились спортсмены, которые это золото могут получить в Сочи. Очень успешный сезон был в бобслее, в санках, в сноуборде, конькобежном спорте. Так что формально, может быть, результаты и не блестящие, а с точки зрения перспективы все выглядит гораздо лучше.

— Сам ход подготовки к сочинским Играм вас устраивает?

— Конечно, есть некоторые проблемы, но они, во-первых, есть всегда, а, во-вторых, и это главное, все наши трудности решаемы. Мне хотелось бы, чтобы объекты быстрее сдавались, чтобы наши спортсмены как можно раньше получили возможность на них тренироваться и могли впоследствии использовать преимущество «своего поля».

— Год назад вы ровно такое же пожелание высказывали. Что, ничего не меняется?

— Разумеется, прогресс есть. В этом году уже прошли первые тестовые соревнования. А до конца года наберется более 20 турниров. Функционируют трассы «Розы Хутор», скоро в эксплуатацию будут введены те, которые строятся «Газпромом». До конца года появится у нас санно-бобслейная трасса, сложнейший для возведения объект.

Интервью взяли Алексей Доспехов и Афсати Джусойти

Газета «Коммерсантъ»