— Вы всё время улыбаетесь, несмотря на то, что четвёртое место — самое обидное. Вы действительно так довольны своим результатом?
— Я в принципе доволен, что смог вернуться в группу лидеров после классики, после стартового падения. И пока, может, не осознал, что четвёртое место самое обидное и досадное.
— Помните сам завал, что случилось?
— Как-то всё быстро, спонтанно получилось. Я видел, что сначала упал Крюгер, потом Андрей Ларьков, который шёл передо мной, зацепился за него. А я просто не успел среагировать. Да и некуда было — со всех сторон были ребята, поэтому попал в завал.
— Как лыжи и палки спасали?
— Просто упал. Правда, сломал кончик лыжи, хорошо, что палки целы остались. Смог вернуться в гонку.
— И вот на лыже с обломанным кончиком вы преодолели 15 километров?
— Да, всё верно.
— Это проблема?
— Если честно, просто было жалко лыжи, потому что они прекрасно работали сегодня. И катили, и держали. Из-за этого было обидно.
— Чем вы довольны, кроме того, что смогли вернуться в лидеры после завала?
— Доволен тем, что гонка прошла прекрасно, несмотря на то, что я упал. И лыжи действительно работали классно. Надеюсь, в дальнейшем наши лыжи будут лучшими на всех гонках.
— На какой результат вы рассчитывали до старта?
— Ставил себе цель попасть в топ-10, но рассчитывать на такое в лыжах трудно, я думаю.
— Вы так хорошо передвигались по дистанции, что в какой-то показалось, что готовы пойти в отрыв.
— Были такие мысли. Но, если честно, меня останавливали. То сервисмены, то тренеры. Кричали, что не нужно пока дёргаться. Не знаю, может, это моя ошибка — то, что я не смог поддержать темп Крюгера.
— А почему не принимали решение сами?
— Тактически мне пока трудно. Молодой, неопытный. Стоит прислушиваться к мнению старших.
— На следующую гонку есть конкретная цель? Может, медаль?
— Никаких конкретных целей. Как будет, так будет.
