Максим Агапитов: «Решение о переносе чемпионата Европы принимал Исполком EWF»

Чемпионат Европы по тяжелой атлетике, который должен был пройти с 4 по 12 апреля на малой спортивной арене «Лужники» в Москве, перенесен на июнь из-за распространения коронавируса. Также летом состоится конгресс Европейской федерации тяжелой атлетики (EWF), в рамках которого пройдут выборы главы организации. Изначально он был запланирован на весну текущего года.

— На перенос чемпионата Европы повлияло сразу несколько факторов, — рассказал в интервью Службе информации ОКР президент Федерации тяжелой атлетики России (ФТАР) Максим Агапитов. – В первую очередь, это паника среди европейцев. Глава EWF Антонио Урсо на протяжении последнего месяца держал нас в курсе происходящего в Италии. На сегодняшний день многие спортсмены не могут не то, что из страны выехать, а из дома выйти. Так что собрать в Москве ведущих тяжелоатлетов континента было бы невозможно.

Также 5 марта вышел указ мэра Москвы о том, что люди, прилетающие из Испании, Италии, Германии, Франции и ряда других стран, должны самоизолироваться. Понятно, что в условиях соревнований соблюсти это правило не получится, ведь спортсменам нужно тренироваться, общаться c персоналом команд.

— Кто в итоге принимал это непростое решение?

— Представители ряда стран начали задавать нам вопросы: что делать, пустят ли их в Россию и не посадят ли на карантин. Мы со своей стороны направили письмо в EWF, Исполком которой и принял решение о переносе турнира на июнь. Ни Министерство спорта РФ, ни Правительство Москвы к этому не имеют никакого отношения.

— С точки зрения олимпийских перспектив перенос усложнит жизнь тяжелоатлетам?

— В сложившейся ситуации есть как плюсы, так и минусы. С точки зрения организатора дополнительное время для подготовки турнира лишним не бывает. Можно улучшить и отшлифовать некоторые моменты, что позволит провести турнир на качественно другом уровне.

Для спортсменов же все иначе. Команды планировали выйти на пик формы именно к старту чемпионата Европы, а теперь им придется думать о том, чем занять атлетов в ближайшие месяцы, ведь тренировочный процесс останавливать нельзя.

— Уже продумали, чем будут заниматься наши спортсмены?

— С самого начала развития ситуации с коронавирусом совместно с тренерским штабом сборной рассматривали различные варианты развития событий. Мы уже ведем работу по изменению плана подготовки тяжелоатлетов: организуем дополнительные сборы, перенесем на более удобные даты чемпионат России, который изначально накладывался на главный европейский турнир. Неизменными останутся только окружные отборочные соревнования. Остальные детали в данный момент согласовываем c регионами.

IOC

— В апреле заканчивался период квалификации на Игры-2020, теперь же он продлен до июня. Не слишком рискованно?

— Действительно, первый месяц лета станет последним вагоном поезда, следующего на Олимпийские игры в Японию. Если тяжелоатлет не сможет выступить на чемпионате Европы, то рискует пропустить главный старт четырехлетия, так как не выполнит критерии отбора. Времени для исправления ситуации уже не будет. Руководство EWF это понимает и 17-18 марта на заседании Исполкома в Лозанне, в работе которого я приму участие, обсудит сложившуюся ситуацию. Интересы спортсменов ни в коем случае не должны быть ущемлены.

— На итоги выборов главы Европейской федерации тяжелой атлетики сложившаяся ситуация не повлияет?

— Список кандидатов не претерпит изменений. С точки зрения выстраивания предвыборной программы это даже пойдет в плюс — появится дополнительное время.

— В случае необходимости ФТАР готова создать для зарубежных спортсменов условия, которые позволят и соблюсти карантин, и выступить на чемпионате Европы?

— Мы бы и рады это сделать, но позволит ли нам Министерство здравоохранения? Это все-таки их компетенция. Эмоционально и физически будем стремиться оказать поддержку нашим зарубежным гостям, но это не наша зона ответственности.

Мы изначально были готовы проводить чемпионат Европы в апреле: болеешь – сиди дома, здоров – приезжай выступать. Это нормальная жизненная ситуация, но европейцы переживают и боятся.

Савва Тимофеев, Служба информации ОКР